ДЕТИ ЗАВОДЯТСЯ ОТ СЫРОСТИ

«Как хорошо подумать обо всем заранее и выбрать хороший роддом», — думала я, изучая из окна больницы радующие глаз пейзажи «поселка художников» на Соколе, когда ко мне в палату привели вторую роженицу. Моя новая соседка по палате Жумакан, нелегальная мигрантка без документов, рожала в Москве уже четвертого.

Я не знала, смеяться мне или плакать. Я уже несколько недель собирала материал о рожающих в столице мигрантках. Было ощущение, что тебе поручили написать об аварии и ты тут же в нее и попала. Какая удача…

Соседка сразу попросила у меня телефон «только позвонить». После чего Жумакан на удивление быстро, я и опомниться не успела, родила (мне бы так!), а по прибытии в палату... снова попросила телефон. Звонила она каждый час своему сожителю, после чего долго-долго плакала, а потом, утерев слезы, рассказывала мне, какой у нее муж хороший. Хороший муж, однако, не очень торопился в роддом — порадоваться четвертому сыну подряд и привезти наконец жене забытый дома телефон. Да и зачем, когда можно взять у соседки?

Увы, симпатичная молодая киргизка так и не научилась нормально говорить (и даже понимать) по-русски, и объяснять ей на пальцах, чего хотят от нее врачи, пришось мне. Удивилась, что я безошибочно угадала ее национальность и даже ее родной район в Ошской области. Поведала она мне и новейшую киргизскую мифологию: «У нас в Киргизии климат сухой, а в России влажный. У меня не было детей, я приехала сюда и сразу четверых родила, вот киргизки и едут в Россию рожать». Бородатую шутку о том, что дети заводятся от сырости, она, похоже, восприняла всерьез.

«КУДА ВЫ ТУТ ДЕНЕТЕСЬ С РЕБЕНКОМ?»

Новогодние елки в окнах московских домов уже светились гирляндами, а грудной младенец на руках уроженки Ошской области Киргизии 19-летней Айнуру плакал не переставая. Соседи по съемной квартире настойчиво попросили ее на выход с вещами: сожитель сбежал, поменяв номер мобильного, и внести свой вклад — всего-то три тысячи рублей с человека за квартиру — было нечем.

Младенец все плакал и плакал теперь уже на морозе, а вместе с ним плакала и мать. Итог предсказуем: наряд полиции, протокол, отсутствующие документы на ребенка, ночь в отделении, «подпишите вот здесь», и ребенок — в приюте, она — на улице. Вчерашние ошские школьницы с такими или похожими судьбами попадают в фонд, открытый Бурулчой Торобековой.

- Я таким говорю: поезжайте домой, рожайте дома! — говорит Бурулча, основатель правозащитного фонда «Кыргызстан аялдары» («Женщины Киргизии»). Куда вы тут денетесь с ребенком?

Весь фонд помещается в двух квартирах на первом этаже пятиэтажки. Одна из квартир — собственная (Бурулча живет в России уже 30 лет), вторая — съемная. В них могут переждать некоторое время женщины-мигранты с малыми детьми, оставшиеся без жилья и работы. И таких множество. Только через маленький фонд, открытый Бурулчой, прошло уже более двухсот детей. История их появления на свет повторяется каждый год, и сейчас, после выпускных, повторится вновь: молодые девушки из Киргизии приедут в Россию сразу после школы, а то и недоучившись, в поисках лучшей доли. Ни языка, ни профессии, ни опыта жизни в большом городе... Приезжих девочек ту же разберут молодые ребята-киргизы, имеющие тут работу и хоть какое-то жилье. Для многих из них эта жизнь заканчивается с рождением ребенка. Любимый мужчина находит другую, без обременения, или исчезает в никуда, а прежняя… попадает к Бурулче, если повезет. А на руках у нее, между прочим, молодой гражданин России, ведь наш закон «О гражданстве» гласит: если ребенок родился на территории Российской Федерации у иностранных граждан, а их государство не предоставляет ребенку гражданство, он становится гражданином РФ.

Поэтому, если матери с новорожденным некуда идти, она может оставить ребенка в опеке. Но не всегда знает, что не сможет его оттуда забрать. Кроме того, что ей предложат принести документы, подтверждающие законность ее нахождения на территории России (а, скажем, в Москве лимит на приезжих фактически исчерпан, попробуй оформись здесь легально), она должна будет предоставить справку о своей работе, доходах, жилищных условиях, а также показать легальное жилье органам опеки, которые и решат, можно ли возвращать ей ребенка. Как правило, никто из родивших здесь одиноких мам не в состоянии предоставить и половины этих бумаг. Кончается это нередко печально, вплоть до попыток суицида.

А между тем выход есть.

«ВАШИ МАМЫ ТРЕБУЮТ ДАТЬ ИМ КЛАДБИЩЕ»

- Надо обратиться в посольство, чтобы там предоставили ребенку гражданство Кыргызстана и оформили необходимые документы, — рассказывает Бурулча. — Тогда вместе с работником посольства можно будет забрать ребенка и увезти домой. Но эти матери сами как дети! Тут звонят мне из посольства, говорят: ваши мамы тут пришли и требуют дать им кладбище. Да не кладбище, говорю, а вкладыш, вкладыш в паспорт, на детей. Перепутали они… Если я скажу: иди туда, возьми такую-то бумагу, она пойдет. А если не скажу, будет просто сидеть и плакать.

И хорошо еще, если просто сидеть и плакать. Ведь степень запущенности в документах может быть любая. И их полное отсутствие, как ни странно, это еще не самое худшее. Лицо без документов (скажем, их украли) закон трактует как пострадавшего и к нему снисходителен. А вот с подложными документами хуже, чем вовсе без них. Так, две молодые уроженки Ошской области, которым пытается сейчас помочь Бурулча, только прибыв в Москву, попали в лапы мошенников, которые тут же, на Казанском вокзале, по сходной цене продали им… два российских паспорта. С московской пропиской. Мошенники растворились в никуда, а девушки в тюрьме. И сидеть им еще долго. А потом выплачивать немалый штраф.

Отдельный вопрос — путаница с документами на детей. Кто они? Граждане России? Граждане Киргизии? Усилиями фонда Торобековой и других энтузиастов процесс сдвинут с мертвой точки: при помощи посольства Киргизии ряду брошенных здесь киргизских детей уже присвоили гражданство по матери, и они вернулись на историческую родину. Однако число брошенных только киргизками и только в Москве измеряется десятками ежегодно, а число отправленных на родину — пока единицами. Разумеется, если такой ребенок останется в Москве, шансов найти семью у малыша будет немного: ведь из выявленных в России в прошлом, 2011 году 82 117 брошенных детей за год было усыновлено лишь 7400…

НРАВЫ — МОСКОВСКИЕ, ТРАДИЦИИ — ПАМИРСКИЕ

Помимо чисто бытовых трудностей, женщины страдают и от «двойных стандартов» своих же соплеменников. Киргизы-мужчины быстро обучаются московской легкости в завязывании отношений с женщинами, но женщин судят по закону гор Памира и Тянь-Шаня. Есть просто чудовищные факты! Не так давно группа «киргизских скинхедов» терроризировала своих землячек, живущих в межнациональных браках: женщин ловили, раздевали догола, били, заставляли каяться. Экзекуцию снимали на видео, оглашая имя жертвы и ее место проживания, и размещали в Интернете.

Личности преступников были установлены, они оказались выходцами из Джалал-Абадской области и, похоже, успели скрыться в горной части Киргизии.

Неудивительно, что женщины находят и другой выход из тупика. Нурзад Орозобековой было всего 18 лет, когда она, на девятом месяце беременности, шагнула через подоконник съемной квартиры в Бутове. «Родители на дали согласия на брак». Вместе с ней погиб и ее ребенок.

Часто бывшая «жертва насилия» сама становится преступницей, выкинув своего ребенка на помойку или продав его незнакомым людям без документов — хоть на органы, ей все равно. Именно такую пару 7 мая задержали московские сыщики. 26-летняя уроженка Киргизии и ее 23-летний сожитель продали своего малыша оперативникам за 150 тысяч рублей и тут же оказались в наручниках. По словам самих же киргизов, инициатором идеи избавиться от ребенка, как правило, бывает его отец. Любой участковый расскажет вам про квартиры, занятые уроженками Средней Азии, которые регулярно рожают, но... ни одного ребенка домой не везут. Иначе кто же возьмет их замуж? Печальное первенство здесь удерживает «женская» квартира в Люблине, из которой за три года было оставлено в роддомах уже восемь детей. И сделать ничего нельзя — у них «чистая регистрация» и все легально устроены на работу…

ИЗ ДЕСЯТИ ПРИЕЗЖИХ ДЕВЯТЬ — НЕЛЕГАЛЫ

Примерно каждый десятый младенец в столице рождается в семье иностранных граждан. Однако это заниженная цифра — скажем, около полумиллиона граждан Киргизии уже воспользовались Соглашением об упрощенном получении гражданства, и их дети идут по графе полноправных граждан. Согласно закону: «Гражданство Российской Федерации является единым и равным независимо от оснований его приобретения».

Насколько коварны все эти выкладки статистики по иностранцам, говорят и последние цифры переписи 2010 года: так, сами киргизы утверждают, что около 600 тысяч их граждан сейчас легально работают в России (это не считая детей и нелегалов). Наше Министерство труда в 2010 году насчитало уже 800 тысяч граждан Киргизии, работающих в России. А вот перепись населения в нашей стране увидела лишь 103 тысячи человек киргизской национальности и всего-то 80 306 человек, владеющих киргизским языком. Совершенно очевидно, что к переписчикам попал в лучшем случае каждый десятый из тех, кто работает или просто живет в России.

Между тем даже у маленькой (5,2 миллиона человек) и небогатой Киргизии средства для решения детского вопроса есть: в прошлом году мигранты только через банки перечислили в республику свыше миллиарда долларов доходов от своей работы в России (не считая того, что провезли в баулах). Причем только из Москвы с областью — несколько сотен миллионов долларов. Да и в других республиках бывшего СССР схожая ситуация. Дети, рожденные в России, — «побочный эффект» этих доходов. Но заниматься ими «туземным» чиновникам не хватает желания.

РОДДОМ СОКОЛИНОЙ ГОРЫ

Рожать мигрантов с «плохими» документами (а таких добрая половина) приво-зят в роддом при больнице № 36 в районе Соколиной Горы (не путать с роддомом на Соколе, где рожала я и моя соседка по палате Жумакан. — Ю. А.), который специализируется на «беременных без должной медицинской и юридической документации». Проще говоря, бомжи, нелегальные мигранты, да и легальные, в случае отсутствия нужных роженице медицинских бумаг. Причем поступают они зачастую без диагноза, без обследования и без истории болезни. Москвички, которых каретой «Скорой помощи» привозят в это заведение, зачастую не знают, как оттуда вырваться: в некоторые палаты просто страшно заходить: там лежат женщины с острыми инфекционными заболеваниями.

Обычная история здесь — это приезжая беременная женщина, которая до самых родов не сдала ни одного анализа. Она зачастую даже не в состоянии объяснить, что и где у нее болит. Но даже если ребенок родится здоровым, часть этих женщин бросят детей в Москве, а сами вернутся домой. Некоторые сознательно едут сюда именно с этой целью.

А значит, скоро Россия получит еще одного маленького гражданина в дополнение к тем ста с лишним тысячам детей, которые ожидают усыновления в наших детских домах и приютах.

КОМПЕТЕНТНО

«Детей у мигрантов много, но сосчитать их нереально»

Врач-педиатр детской поликлиники № 110 столицы Ольга КОРНОВА:

- Детей у мигрантов действительно много, но сосчитать их нереально, поскольку они постоянно куда-то пропадают, исчезают или подолгу прячутся неизвестно где, а на их месте появляются новые. Пропал ребенок в одном месте — появились два в другом. Но самое главное, почти невозможно добиться от них соблюдения простейших санитарных норм. Они живут так, как привыкли у себя. И сделать ничего нельзя. Я не могу даже сделать ребенку совершенно необходимую прививку — чтобы он сам не болел и других детей не заразил. Например, туберкулезом. Почему? А им просто по барабану все, им дойти до поликлиники лень. Ребенок не привит, а у нас в районе уже настоящая эпидемия. Болеют и сами мигранты, и их дети. За одной такой мамашей я гонялась больше месяца, и в итоге она просто перестала отвечать на звонки и открывать дверь. Если бы это была российская семья, я бы сообщила в соцзащиту, и их бы быстро привели в чувство, а то и ребенка через суд отобрали. Но у нас есть установка, что жаловаться на приезжих в соцзащиту не стоит. То есть не запрещено, но не стоит. Мне, как детскому врачу, положено лишь оказывать детям мигрантов медуслуги — до двух лет с момента рождения ребенка. Если мне откроют дверь.

ДОСЛОВНО

Анастасия ПОГОРЕЛОВА, волонтер: «Зачем мы их тут держим? Разве им лучше без матери?»

- Я работала сестрой в рузском доме ребенка, в мытищинском, в московском доме ребенка № 10, для детей с поражением центральной нервной системы. В целом ситуацию представляю. Слава богу, примерно половина детей — «временно оставленные». Я думаю, это гуманно, матери часто передумывают, инстинкты срабатывают, отцы находят в себе совесть и детей забирают. А вот отказников, детей мигрантов в последнее время все больше. Они здоровые, как правило. А местные, наоборот, оставляют детей больных. Я знаю, иногда приезжие пытаются забрать детей «домой в Узбекистан» — если родители на родине разрешили, но это уже невозможно, по закону. Правильно ли это? Я бы отдала! Всем бы отдала. Пусть берут и увозят ребенка на родину, раз проснулись материнские чувства. Зачем мы их тут держим? Разве им лучше без матери? А усыновляют-удочеряют их редко. За прошлый год при мне усыновили только близняшек из Киргизии, вполне себе обеспеченная киргизская семья, новые москвичи.

А В ЭТО ВРЕМЯ

Из Франции опять гонят цыган
Их обвиняют в нарушении законов и антисоциальном поведении.
Французские социалисты пошли по стопам своих предшественников из правого стана: в стране продолжились массовые зачистки цыган. Напомним: два года назад при президенте Саркози из Франции принудительно выслали (в основном в Румынию) несколько сотен «лиц цыганской национальности», обвинив их в нелегальной иммиграции, воровстве, сутенерстве и антисоциальном поведении. Тогда это спровоцировало громкий международный скандал: Париж подвергся острой критике со стороны соседей по ЕС.
И вот теперь — новая волна высылок. Вслед за таборами в районе Парижа и Лиона были закрыты цыганские лагеря рядом с Лиллем. Министр внутренних дел Мануэль Вальс сообщил, что его ведомство выполняет решения суда о закрытии лагерей, «являющихся рассадниками антисанитарии». Кроме того, у большинства обитателей таборов не было обязательных во Франции разрешений на работу.
В итоге около 240 цыган посадили в самолет, отправляющийся в Бухарест, после того как те согласились вернуться в Румынию в обмен на денежную компенсацию в размере 300 евро на взрослого. Однако эксперты считают это напрасной тратой денег, потому что большинство депортированных через некоторое время опять окажутся во Франции.
Захар РАДОВ

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Проблема детей мигрантов — всероссийская

Ситуация в Москве в точности отражает обстановку и в других крупных городах России. Брошенные дети на одном полюсе, и матери, которые не знают, как им забрать своего ребенка домой, — на другом. Роженицы, инфицированные опасными болезнями, и ни от чего ни разу в жизни не привитые дети, играющие в общем дворе...

Все это можно увидеть и в Петербурге, и в Новгороде, и в городах Урала и Сибири. Так, в северной столице, по данным мэрии, в 2011 году родились 56 975 детей, при этом 5112 — это дети мигрантов (как всегда, без учета тех, кто успел получить российский паспорт). В Екатеринбурге таких детей так много, что власти были вынуждены издать первый букварь для детей мигрантов — они не понимают русский язык и не могут учиться по обычному школьному букварю. В Самаре разом выявлены и возвращены на родину 17 детей — граждан Китая, Нигерии и Средней Азии, которые находились там незаконно. Этот список можно продолжать бесконечно. Дети мигрантов у нас затерялись в ведомственном зазоре между Минздравом, ФМС, МВД, Минобразования и муниципальными властями. За них слегка отвечают все, но никто в отдельности по-настоящему. Результат внимания семи нянек мы знаем.

ОФИЦИАЛЬНО

Звонок из «КП»:

- Вы занимаетесь детьми мигрантов, ведете статистику?

Департамент семейной и молодежной политики г. Москвы:

- Мигрантами занимается ФМС.

Федеральная миграционная служба:

- Мы занимаемся только взрослыми мигрантами, достигшими совершеннолетия. Обратитесь в соцзащиту.

Департамент социальной защиты г. Москвы:

- Учет мигрантов и все, что с ними связано, — задача ФМС.

А В ЭТО ВРЕМЯ

За приезжих взялся уголовный розыск

В МУРе появились подразделения по борьбе с нелегалами.

Помогать Федеральной миграционной службе ловить незаконных гастарбайтеров в столице сыщики начали по распоряжению начальника ГУ МВД России по городу Москве Анатолия Якунина.

- В структуре уголовного розыска созданы подразделения по раскрытию преступлений, связанных с организацией незаконной миграции, — сообщил руководитель пресс-службы ГУ МВД России по городу Москве Андрей Галиакберов. — Такое отделение появилось в Управлении уголовного розыска столицы и на уровне оперативных групп окружных УВД. Всего задействован 71 сотрудник полиции.

Сформированы новые подразделения за счет перераспределения штата.

Напомним, преступность среди мигрантов в столице постоянно растет. К примеру, на их долю приходится почти треть всех изнасилований.

- Больше половины преступлений — 51 процент — совершают приезжие, — подвел на днях итоги работы столичной полиции за первое полугодие Анатолий Якунин. — Приток мигрантов, в том числе нелегальных, в город огромен. Условия их жизни здесь, мягко говоря, неблагополучные. И это благоприятная почва для преступлений.

Александр БОЙКО

Юлия АЛЕХИНА, Фото автора и Леонида ВАЛЕЕВА.